Валерий Леонтьев

Еще совсем недавно Игорь Николаев, молоденький, без усов, показывал свою новую песню Валерию Леонтьеву

ВЫ ВИДЕЛИ ИГОРЯ НИКОЛАЕВА БЕЗ УСОВ?!

Вы видели Игоря Николаева без усов?!

Как Игорь Николаев лишился усов и написал песню о войне в Афганистане

Вы видели Игоря Николаева без усов?! На фото 1985 года многие не могут узнать известного композитора и исполнителя.

Кажется, Николаев и Леонтьев всего лишь приятно проводят время. Но история у легкомысленного на первый взгляд снимка совсем не веселая...

Мы не знали, что происходит в Афгане

– Какие мы здесь молодые, худенькие! – Создатель шлягеров 80-х и 90-х, автор песен для Аллы Пугачевой, Ирины Аллегровой, Наташи Королёвой и многих других эстрадных исполнителей Игорь Николаев с умилением смотрит на себя тридцатилетней давности.

– Давно не видел эту фотографию, спасибо вам, – растроган автор снимка, мэтр Сергей Борисов.

– Это был 1985 год. В то время я оформлял пластинки Пугачевой, Преснякову, Кузьмину. Конечно, мне интересно было пообщаться с Аллой Борисовной, ее окружением. В друзья не навязывался – просто зарабатывал деньги. А вот с Игорем Николаевым подружился. Он тогда проходил срочную службу в Ансамбле Московского военного округа, но уже был известен по хитам Аллы Пугачевой «Паромщик», «Айсберг», и ему часто давали увольнительные.

– По-моему, это был первый и последний раз, когда я лишился усов, – комментирует Николаев.

– Сейчас кажется: так необычно! Но посмотрите на нас – молодые, а лица-то серьезные!

– Помню, однажды идем по Гоголевскому бульвару, – продолжает Борисов.

– Игорь вдруг говорит: «А давай к Коле Зиновьеву заскочим – есть что показать». Приходим, там – Валера Леонтьев. Ну, сели пить чай. Мы с Колей разговорились об оформлении новой пластинки, его супруга что-то готовила на кухне. А Игорь стал показывать Валере новую песню. В какой-то момент я накинул на Игоря свой пиджак, решил сфотографировать. Но не выдержал – прослезился. Строчки Зиновьева пронзали насквозь... Воронка... И еще воронка... Сквозь лет разлом. Зачем стучишься, похоронка, В панельный дом?

– Очень хорошо помню тот день и песню эту, «Афганский ветер», до сих пор люблю, – признается Валерий Леонтьев.

– И музыка, и стихи мне понравились сразу. Боже мой, да ведь мы тогда не знали, что на самом деле происходит в Афганистане! Чем занимаются там наши ребята! Телевидение говорило одно, а в жизни было совсем другое! Песня прозвучала только раз Спустя годы, когда станет можно говорить правду, поэт Николай Зиновьев расскажет о своем друге Коле – рядовом Николае Демине, погибшем при исполнении интернационального долга... Он узнает об этом от родных, будет потрясен. И его боль – мужская, сдержанная – выльется в бьющие наотмашь своей откровенностью строчки:

Не в сорок первом под Калугой, где холм высок,

В восьмидесятом под Кабулом – лицом в песок.

Не плачьте, мама, сын ваш Коля, как все сыны,

Был застрахован лишь от боли былой войны.

Довольно долго листочек со стихами лежал на рабочем столе поэта Зиновьева. Мечтать о том, чтобы кто-то сочинил музыку, тем более – исполнил песню, не приходилось. Тогда еще об Афгане так не писали. Не пели...

– Я случайно увидел у Коли эти стихи, – вспоминает Игорь Николаев. – К тому времени мы уже сделали вместе несколько песен. Но эти строчки просто потрясли меня. Петь сам не решился и был прав: у Валерия Леонтьева, уже исполнявшего мои сочинения, это получилось лучше. Проникновеннее...

– Я записал песню и сразу, без всяких согласований, включил ее в концертную программу, с которой выступал в Ленинграде, – раскрывает подробности Леонтьев.

– Но понятно, что прозвучать в то время «Афганский ветер» мог только один раз.

Афганский ветер быстротечный, как взрыв, горяч.

Вновь за звездой пятиконечной следит басмач.

Не в сорок первом под Калугой, не в тот виток

Земля споткнулась под Кабулом, взмыв из-под ног!

– Песню тут же запретили, – возмущается Валерий Яковлевич.

– Тогда я, зная, что наши артисты – Саша Розенбаум, Иосиф Давыдович Кобзон – ездят с концертами в Афганистан, тоже напросился, чтобы самому понять, каково там... Нам ведь в лицо говорили: что вы, какая война? Какая смерть? Там находится наш ограниченный контингент – ребята просто поддерживают порядок в стране... И вот представьте: мы прилетаем в Кабул, выходим из самолета, из багажного отделения выгружают нашу аппаратуру – и тут же укладывают туда гробы...

Для меня это был шок. Тогда я все понял! В декабре 1985 года на концерте в Кабуле Валерий Леонтьев старался подбодрить наших солдат. Он пел «Если в небе солнце светит», «Вераока», «Кабаре», «Наедине со всеми», «Затмение сердца»... Общался с мальчиками. Многое увидел, прочувствовал. А вернувшись в Москву, снова взялся за «Афганский ветер». Чтобы уже спеть иначе...

И вот две тени появились среди рябин,

На новом кладбище военном отец и сын.

Сказал отец: «Хотел ты в космос, открыта дверь,

Одели в цинковый скафандр тебя теперь».

Два года телевидение на пушечный выстрел не подпускало к эфиру «Афганский ветер».

Руководители каналов чувствовали: такая песня и сама может пронзить не хуже пули... – Сколько раз ее вырезали из концертов! – говорит Николаев. – Куда мы только не ходили! – вторит Леонтьев.

– И в Минкульт, и в Министерство обороны. Всё бесполезно! Прозвучал «Афганский ветер» только в «Песне года-88». Когда многим уже было понятно: грядут иные времена. До развала Союза оставалось всего ничего...

4709286_ (524x392, 164Kb)

Юрий Николаев и Валерий Леонтьев

Источник

Валерий Леонтьев - Афганский ветер

Сл. Николай Зиновьев, муз. Игорь Николаев


Памятник погибшим в Афгане и после Афгана нашим землякам, отдавшим жизнь за Родину

4709286_P4230183 (700x525, 324Kb)

4709286_P4230184 (700x525, 332Kb)

4709286_P4230185 (700x525, 323Kb)




Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *